Особняк Рябушинских

На углу Спиридоновки и Малой Никитской улиц находится замечательный дом в стиле модерн, построенный архитектором Федором Шехтелем по заказу Михаила Рябушинского. Шехтелю москвичи обязаны и зданием Ярославского вокзала и рядом других архитектурных шедевров. Дом на Спиридоновке, выполнен в светлых тонах, стены отделаны керамической плиткой и майоликой с изображением причудливых орхидей, широкие окна в замысловатых переплетах, рисунок которых перекликается с балконной решеткой и оградой - все продуманно, стилистически выдержано и безумно красиво. Парадная лестница - мажорная нота интерьера, ее фантастические перила, напоминающие бегущую волну, начинаются от светильника с цветным витражным абажуром и, перекликающегося с ним, витража окна. В глубине участка, относящегося к дому, был построен служебный корпус для конюшни, дворницкой, прачечной. В одном из приспособленных под жилье помещений этого корпуса провел последние годы жизни писатель А.Н.Толстой, сейчас здесь музей-квартира писателя. Первый владелец особняка, представитель замечательной фамилии Рябушинских, был собирателем картин, его брат Степан обожал русские иконы. Коллекция, хранившаяся в особняке, насчитывала более ста шедевров живописи и большое количество икон, часть из которых была реставрирована и спасена хозяином от гибели. После революции Рябушинские вынуждены были покинуть Россию, а их особняки и картины остались советской власти. Часть коллекции, слава богу, попала в Третьяковку , что-то в другие музеи, что-то бог весть где. В тридцатые годы Сталин пожаловал особняк , вернувшемуся из Италии пролетарскому писателю Максиму Горькому. В соседнем доме размещались редакции журналов, редактируемых Горьким, в доме постоянно собирались литераторы и здесь проходил первый пленум по созданию и съезд союза писателей. Позднее здесь был дом приемов МИДа , а совсем недавно особняк стал открыт для свободного посещения и всякий может побродить по комнатам, подняться по лестнице, любуясь внутренней отделкой, выполненной с выдумкой не уступающей выдумке короля модерна Гауди